Пусть мне твердят, что есть края иные, что в мире есть иная красота, а я люблю свои места родные, свои родные, милые места!     М. Пляцковский.ная Мой профиль Выход

Меню сайта
Категории
 раздела
  
Исторические личности [36]
Люди искусства [11]
Наши современники [1]
Астраханские писатели и поэты [21]
Марков А. [11]
Знаменитости на астраханской земле [4]


Форма входа


Наш опрос
Оцените мой сайт
Всего ответов: 781
  

С 7.02.2012 г

сайт посетило:
Счетчик посещений Counter.CO.KZ - бесплатный счетчик на любой вкус!

  На сайте

  сейчас:

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Каталог статей

Главная » Статьи » Персоналии » Исторические личности

Александр Дюма (отец). Из Парижа в Астрахань. Ч. 2
 Я не сомневался — ложились всюду, только не было постели. Спросил его, нельзя ли раздобыть матрасы, простыни и одеяла, но бывалый человек взглянул на меня такими расширенными глазами, что я заключил: или не понимает просьбы, или находит ее чрезмерной. Я обратился к начальнику полиции, который, благодаря своему общению с иностранцами, был более близок цивилизации, чем его подопечные. Он ответил, что ему нужно справиться и что он надеется мне помочь. Это дело мне казалось пустяковым, потому что у меня были тюфяк, подушка, одеяло и простыни и требовались лишь две простыни, подушка и матрас для Муане, который имел одеяло. Относительно Калино не нужно было беспокоиться. Он был русский и ложился не только, где придется, но и неважно как.

Я растолковал, как умел, закрепленному за мной слуге, что такое постель. Передал ему тюфяк, простыни, одеяло и подушку, объяснив их назначение. Сказал, что хотел бы получить точно такие же вещи и чтобы он распорядился ими так же, позаботясь о моем товарище; потом попросил шефа полиции, экипаж которого стоял у дверей, доставить меня к г-ну Струве.

Спускаясь с крыльца, я увидел в нескольких шагах от последней ступени весьма элегантную коляску, запряженную парой добрых коней; поинтересовался, чья она. Управляющий ответил, что Сапожникова и, следовательно, моя. Так как она показалась мне более удобной, чем дрожки начальника полиции, то, передумав садиться в его экипаж, я предложил ему место в моем.

Мы увиделись с г-ном Струве, человеком 32-35 лет, говорящим по-французски как парижанин; молодая женщина 25 лет и двое детей составляли его семью. Когда мы поднялись, г-н Струве предоставил себя в наше распоряжение. Я отважился поделиться с ним желанием, которое возникло, когда пароход проходил мимо пагоды князя Тюменя (Речь идет о родовом владении и усадьбе нойонов Тюменей и о Хошеутовском хуруле (буддийском монастыре), построенном на добровольные пожертвования народа в 1814 году нойоном Батур-Убуши Тюменем в память о калмыках, участниках Отечественной войны 1812 года. Здание по своей архитектуре напоминало Казанский собор Санкт-Петербурга, проект которого был положен в основу проекта главного храма. В полуразрушенном виде хурул сохранился до сих пор. С 1944 года, после депортации калмыков в Сибирь, земля, на которой он стоит, отошла к Астраханской области. С момента восстановления Калмыцкой АССР в 1957 году, а в последние годы особенно настойчиво, калмыки требуют возвращения им национальной святыни и опять, как когда-то на строительство храма, идет всенародный сбор средств на его реставрацию. Прим. научного редактора.), — нанести князю визит. Г-н Струве ответил, что тут же направит к нему конного калмыка и не сомневается, что князь примет нас и еще сделает этот визит поводом для праздника. Насколько я мог судить, я путешествовал в стране, где нет ничего невозможного. Тогда я твердо уверовал в праздник князя Тюменя.

Мы пообедали в 6 часов .Пора было и честь знать. У меня, таким образом, оставалось 4 часа, чтобы обежать город; но так как начальник полиции нас покинул ради поиска матраса, я спросил г-на Струве, нет ли у него какого-нибудь молодого русского, знающего город, чтобы нам не блуждать. 
— Найдется кое-что и получше, — сказал он. — У меня есть молодой француз — говорит, что он сын одного из ваших друзей, во что я даже верю.

Отыскать в Астрахани сына одного из моих друзей, когда спрашиваешь для себя гида, в этом было что-то от сказки! 
— А как его величают? — спросил я. 
— Курнан, — ответил он. 
— А! Ей-богу, это правда! — воскликнул я, хлопая в ладоши. — Я знал его отца —и хорошо.

Одно-единственное слово отбросило меня на 30 лет назад в прошлую мою жизнь; по приезде в Париж, ввергнутый в придворный императорский мир знакомством с месье Арно и его сыновьями, я был введен к мадам Мешен, мадам Реньо де Сен-Жан д'Анжели, мадам Амлен. В их домах мало танцевали, но много играли. Я не играл по двум причинам: первая — не было денег; вторая —не любил игру. Там познакомился с другом моих друзей — на 10 лет старше меня, который занимался проеданием своего маленького состояния так весело и быстро, как только мог. Проел и исчез. Никто не беспокоился о нем, кроме, может быть, меня: я выяснил, что он уехал в Россию, сделался учителем и женился. Вот и все, что мне было известно.

Этот молодой человек — Курнан. Сын был для меня новостью, и я, выходит, его не знал. Он же — имя и репутация мои росли в результате моих трудов — услыхал от отца: 
— Дюма? Я его хорошо знаю.

Он запомнил эту реплику, и когда в Астрахани стало известно, что я должен приехать туда на несколько дней, вполне оправданно сказал месье Струве: 
— Мой отец хорошо знает Дюма.

Отсюда к месье Струве пришла великолепная идея дать мне в гиды Курнана. Месье Струве послал найти Курнана, дал ему отпуск на 8 дней и приставил его к моей персоне в качестве адъютанта. Должен сказать, что новые функции были приняты нашим молодым компатриотом с большой радостью...

Сегодня Астрахань больше не столица царства; это — центр департамента (Астраханское ханство включено в состав Русского государства в 1556 толу. Прим. научного редактора.). Астраханская губерния, площадью 200 тысяч квадратных верст, или до 50 квадратных лье, на треть больше Франции, но насчитывает лишь 285 тысяч жителей, в том числе 200 тысяч кочевников. Это чуть меньше 4 человек на лье. Из общего количества на Астрахань приходится 45 тысяч душ. Основа русская, раскраска армянская, персидская, татарская и калмыцкая. Татары, числом 5 тысяч, занимаются главным образом разведением скота; это они поставляют добротные бараньи меха всякого цвета, но преимущественно белого, серого и черного, известные у нас как подбивки для шуб под названием астраханских. Они также разводят баранов с феноменальными хвостами; по словам некоторых путешественников, бараны возят свои курдюки на тачках, поскольку не в силах их носить. Мы не видели тачек, но видели баранов и курдюки. Даже ели на озере Бестужев-Богдо один из таких хвостов, который очень даже мог потянуть фунтов на 10-12 и который, хотя и состоял целиком, за исключением кости, из жира, был одним из самых тонких и вкусных яств, что я когда-нибудь пробовал.

Прежде в Астрахани жило некоторое количество индийцев, оставив от общения с калмыцкими женщинами племя метисов, очень активное и самоотверженное в труде и, сказать больше, очень красивое внешне, не унаследовавшее разреза глаз матерей и бронзового цвета лица их отцов. Эти метисы — грузчики, торговцы вразнос, моряки, которых встречаешь повсюду: в порту, на улицах и набережных, с белым колпаком на голове, в такой степени смахивающим на колпак Пьеро, что с первого взгляда их можно принять за испанских погонщиков мулов.

Армянин сохранил в Астрахани свой изначальный типаж таким же чистым, как евреи сохранили свой во всех странах мира; армянские женщины, которые выходят только вечером, идут завернувшись в длинные белые вуали, что в сумерках придает им вид привидений. Восхитительно отороченные вуали подчеркивают ценность оберегаемых форм, которые напоминают элегантные линии греческих статуй. Сходство с античными шедеврами удваивается, когда эти живые призраки кокетливо позволяют заглянуть в их лица, чистые и пленительные — соединение греческой и азиатской красоты.

Мощение улиц — роскошь, совершенно неизвестная Астрахани. Жара превращает улицы в пылевую Сахару, дождь — в озеро грязи; в пылающие месяцы лета они пустынны с 10 утра до 4 часов вечера. С 4 до 5 дома роятся как пчелиные ульи, открываются магазины, улицы заполняются, люди теснятся на порогах домов, из окон высовываются головы, с любопытством озирающие прохожих — представителей всех азиатских и европейских национальностей, стоит вавилонская мешанина всех наречий.

Нас очень пугали астраханскими москитами; к счастью, мы прибыли сюда, когда эти гадостные насекомые, от обилия которых темнеет воздух в августе и сентябре, уже исчезли.

Вода в Астрахани неважная, и ее не хватает; в Волге она солоновата от контакта с Каспийским морем или, может быть, более от того, что омывает солевые банки между Саратовом и Лебединской. Русская власть намеревалась устроить артезианские колодцы, но на 130-метровой глубине бур дал выход не фонтанирующей воде, а водородно-углеродному газу. Неудачу использовали, чтобы по вечерам зажигать огонь. Он очень живо светит до утра. Фонтан стал большим фонарем.

Нам очень расхваливали астраханские арбузы; они здесь заурядное явление и, хотя превосходны, никто их не ест. Мы часто спрашивали, но нам постоянно отказывали в этом продукте, как недостойном нашего внимания. Чтобы попробовать арбуз, мы были вынуждены сами его купить. Нам продали арбуз весом 7-8 фунтов, по 4 су (По курсу того времени: 1 су — 1 копейка. Прим. перев.) за фунт, и как иностранцев обжулили вдвое.

Однажды я купил 2 арбуза, по 8 копеек за фунт; не имея мелочи, подал рублевый билет; бумажные деньги, обесцененные в центре России, еще так сильны на окраинах, что торговец возжелал отдать мне 2 арбуза, а не сдачу — 3 франка 12 су.

Правда, здесь очень дорого платят за херсонские и крымские арбузы, хотя они, по-моему, не лучше астраханских.

Другие фрукты, за исключением винограда, о котором я уже говорил, посредственны, однако же старая молва превозносит астраханские фрукты. Возможно, и в самом деле во времена татар, искусных в поливном земледелии, астраханские фрукты были достойны той славы, которая пережила их качество. Ничто не может как следует уродиться при московском господстве, напоминающем своего рода пневматическую машину без воздуха. Расхваливают же и фрукты Севильи, Кордовы и Альгамбры, но опять же то были времена арабов. Сегодня единственно съедобные фрукты в Испании те, что вырастают сами собой — апельсины и гранаты.

Г-н Струве со своим французским поваром не только сымпровизировал для нас превосходный обед, но еще сумел собрать дюжину гостей, в обществе которых — если закрыть двери — трудно было предположить, что находишься в тысяче лье от Франции. Трудно представить, какое моральное влияние оказывают на остальной мир наша цивилизация, наша литература, наше искусство, наши моды. В отношении нарядов, романов, театра и музыки едва ли больше, чем на 6 недель, женщины отставали от Франции...

...К моему глубокому отчаянию, тщетно искал я в Астрахани те великолепные ткани из Индии и то богатое оружие из Хорасана, что рассчитывал найти; в Астрахани осталось едва 5-6 персидских лавочек, владельцы которых чувствуют себя польщенными, если их кто посетит; ни одна из них недостойна назваться магазином. Единственная примечательная вещь, которую нашел, — великолепный хорасанский кинжал с гравированным клинком, вмонтированным в рукоять зеленой слоновой кости. Я заплатил за него 24 рубля. Перс, который продал мне кинжал, три года назад повесил его в лавке на гвоздь, и за это время не нашлось человека, который попросил бы его снять.


На следующий день после приезда пришел начальник полиции с приглашением посетить жилища нескольких армянских и татарских семей. Прежде он позаботился, чтобы послать спросить, не ранит ли их национальные и религиозные чувства наш визит. Действительно, некоторые пуритане не пожелали видеть нас у себя дома, но другие, более цивилизованные, ответили, что приняли бы нас с удовольствием.

Первая семья, которой нас представили или, вернее, представленная нам, была армянской: отец, мать, сын и три дочери. Эти отважные люди потратились, чтобы нас принять. Мы увидели сына у печи, занятого приготовлением шашлыка — в свое время расскажем, что такое шашлык, — тогда как три дочери и мать ставили на стол разные конфитюры, в том числе из винограда 3-4 видов. Меня заверили, что в Астрахани насчитывается 42 сорта винограда. Что касается варенья, сомневаюсь, что в мире есть народ, который готовит его лучше, чем армяне. Я попробовал 5 видов варенья: из роз, круглой тыквы, черной редьки, орехов, спаржи...

Выйдя из дома этой армянской семьи, мы зашли к татарской семье. Попасть к ней было сложнее, а что удалось посмотреть — менее привлекательно. В самом деле, каждый татарин держит гарем, который он ревнует так же сильно, как ревнуют в классах средних школ; гарем ограничен четырьмя законными женами, разрешенными Магометом.

Наш татарин набрал это количество; только в числе четырех женщин у него была негритянка с двумя негритятами. У других трех женщин был свой контингент детей общим числом до 8-10; все это бегало, копошилось, скакало на четвереньках по-лягушачьи, проскальзывало под мебелью, подобно ящерицам, в едином порыве — удрать подальше от нас. На заднем плане по рангу в одном ряду стояли четыре женщины, одетые в свои лучшие наряды, можно сказать, под защитой их общего супруга, который держался перед ними как капрал перед взводом. Все это было заключено в комнатке 12 квадратных футов с единственной мебелью — большим диваном и большими деревянными сундуками, инкрустированными перламутром, столько раз помянутых в «Тысяче и одной ночи» как тара для перевозки товаров и главным образом как место, чтобы прятать любовников. За несколько минут мы составили представление о счастье полигамии и радостях гарема и, поскольку с нас было довольно вида мусульманского блаженства, вышли глотнуть воздуха, несколько менее насыщенного азотом и углекислым газом.

Вернувшись к г-ну Струве, где расположили свою главную ставку, нашли гонца от князя Тюменя; он привез нам все его комплименты, уверение в удовольствии, которое мы ему доставим, прибыв увидеться с ним послезавтра, 29 октября...

Александр Дюма (отец) . Из Парижа в Астрахань

Свежие впечатления от путешествия в Россию

Следующий день был полностью занят. Я имел честь сделать третий удар по первой свае новой плотины на Волге: военный и гражданский губернаторы, естественно, сделали два первых. Этому торжеству предшествовали охота на островах и рыбалка на Волге. Адмирал Машин предоставил для этого в наше распоряжение судно. Это же судно должно было отвезти нас к князю Тюменю. Могли ли в Астрахани воздать нам большие почести?

... Назавтра, в 8 утра, мы погрузились на пароход со всем нашим снаряжением для охоты. Мы должны были, как нас заверили, найти на островах фазанов. Предстояла дорога примерно в 20 верст. Это было делом полутора часов, после чего мы предались охоте, так как церемония, связанная с плотиной, намечалась на полдень. Господа же губернаторы должны были торжественно прибыть с войсками и духовенством.

Охотились мы добросовестно два с половиной часа в камыше выше головы на 3-4 фута, он исхлестал лица и руки, но не спугнули мы даже жаворонка. Ровно в полдень мы вернулись с охоты к месту церемонии, настреляв из дичи 2-3 коршунов, ястребов-перепелятников. Эти птички позволили понять, куда делись фазаны, но заменить их не могли.

Алтарь установили на самом высоком месте берега. Прямо под ним лежала линия будущей плотины. Пушечный выстрел послужил сигналом к мессе, которую, вероятно, вершило значительное лицо из русского духовенства: облачение служителей культа было великолепно. Мы слушали мессу в кольце солдат и кольце, образованном обывателями. Второе кольцо состояло из калмыков, татар и русских. Большинство калмыков и татар пришли из простого любопытства, им нечего было делать на религиозной церемонии: татары — магометане, калмыки же — далай-ламисты (Правильнее было бы сказать ламаисты, то есть последователи одного из направлений в буддизме. Калмыки исповедуют ламаизм школы гелугпа, часто называемый в литературе «желтошапочным ламаизмом» по цвету головных уборов священнослужителей — лам. Далай-лама — первоначально глава только школы гелугпа, в наши дни считается главой всего ламаизма. — Прим. научного ред.). Лишь шестая часть зрителей, судя по тулупам, кумачовым рубахам, широким штанам, заправленным в сапоги, длинным волосам и бородам, были русские. У них был кроткий, терпеливый взгляд, красные лица и белые зубы. 



Источник: http://www.vokrugsveta.ru/vs/article/2559/
Категория: Исторические личности | Добавил: Дмитриева (11.07.2009)
Просмотров: 916 | Рейтинг: 5.0/1
Календарь
Архив записей

Поиск

Друзья сайта:
center
center

centerС
Наше здоровье- сайт о здоровом образе жизни 

Кнопка 
нашего сайта: 
center
 
 
Погода 
Сасыколи
 

Copyright MyCorp © 2017